Иногда самые интересные открытия о себе случаются в самых обыденных обстоятельствах. Когда готовишь завтрак. Или собираешься помыть посуду.
Второе утро подряд я замечаю одну особенность. Просыпаюсь, начинаю размышлять, что-то записывать, обсуждать свои мысли с искусственным интеллектом. Одна мысль приводит к другой, за вопросом встаёт следующий. Постепенно я погружаюсь в исследование — и оно приносит мне огромное удовольствие.
А потом наступает момент, когда пора заняться обычными утренними делами.
И у меня портится настроение.
Такие перепады я замечала и раньше, но совсем не понимала, откуда они берутся. Казалось, настроение меняется само по себе. Я даже задумывалась, всё ли в порядке со здоровьем.
А этим утром впервые увидела происходящее в совершенно другом свете.
Представьте ребёнка, который с удовольствием сосёт грудь или бутылочку. Он увлечён, ему хорошо. И вдруг его отрывают — хотя он ещё не насытился.
Естественно, он выражает недовольство.
Я обнаружила нечто похожее в себе.
Для меня процесс мышления — настоящее удовольствие. Мне нравится рассматривать явления с разных сторон, находить закономерности, задавать вопросы, искать объяснения. И особенно восхитителен момент, когда разрозненные наблюдения вдруг складываются в новое понимание.
И вот я посреди этого увлекательного занятия — а затем сама себя прерываю, чтобы приготовить завтрак или навести порядок.
Получается, дело вовсе не обязательно в неприятии домашних обязанностей. Я просто прерываю занятие, от которого получаю удовольствие.
Это как отложить захватывающую книгу на самом интересном месте.
Размышляя об этом, я пришла к гипотезе. Что, если дело не только в прерывании удовольствия, но и в том, что я не позволяю себе прожить его полностью?
Представим, что одновременно с увлекательным исследованием во мне звучит другой голос:
«Сколько можно сидеть и думать? Иди займись чем-нибудь полезным. Помой посуду, убери квартиру. Сделай наконец что-то в реальности».
Одна моя часть наслаждается исследованием. Другая в это же время требует его прекратить и переключиться на что-то практичное. Я продолжаю думать — но уже с внутренним напряжением.
И тогда возникает вопрос: способна ли я почувствовать удовлетворение от процесса, которому сама же мешаю?
Возможно, именно это напряжение и поддерживает ощущение незавершённости. Я продолжаю исследовать, пытаясь насытиться, — и одновременно тороплю себя закончить.
Возникает замкнутый круг.
И здесь мне становится интересно уже не только то, почему портится настроение, но и то, каким образом я сама участвую в создании этого состояния.
Самое удивительное в этом утре — я заметила перемену настроения прямо в момент, когда она возникала.
Раньше я просто чувствовала раздражение или недовольство. Теперь увидела последовательность событий, которая ему предшествовала.
И это существенно меняет ситуацию.
Пока какой-то внутренний механизм остаётся незамеченным, мы сталкиваемся в основном с его последствиями. Нам плохо, неприятно, тревожно или досадно, но мы не понимаем, что именно происходит. Когда же удаётся обнаружить сам процесс, появляется возможность исследовать его — и выбирать, как поступить.
Осознание само по себе ещё не гарантирует изменений. Но оно создаёт для них пространство.
И тут возник ещё один вопрос: как обнаружить в себе то, на что мы привыкли смотреть только с отрицательной стороны?
Допустим, человек считает себя жадным.
Жадность вызывает у него неприятные чувства. Он осуждает это качество, пытается от него избавиться, стыдится его проявлений.
Но что, если начать исследование с другого слова — «бережливость»?
У бережливости есть ценность. Она помогает сохранять ресурсы, заботиться о будущем, разумно распоряжаться тем, что есть. Если человек начнёт искать в себе проявления бережливости, ему будет легче обнаружить само качество. А потом — исследовать, в каких обстоятельствах и при каких условиях бережливость превращается в чрезмерное накопление или нежелание делиться.
Так появляется возможность рассмотреть не только нежелательное проявление, но и ценное качество, которое лежит в его основе.
И вместо борьбы с собой появляется исследовательский интерес.
Эта мысль неожиданно вернула меня к моему собственному многолетнему опыту.
Много лет я исследую себя. Проходила терапию, осваивала разные практики, изучала психологические подходы.
И временами испытывала досаду. Мне казалось, что другие приходят к результатам гораздо быстрее: проходят практику, получают изменения и идут дальше.
А я всё продолжаю разбираться.
И вот сегодня за завтраком я вдруг поняла, чем на самом деле занималась все эти годы.
Я не просто проживала внутренние изменения. Я одновременно исследовала, как они происходят.
Разбирала собственные реакции на мельчайшие составляющие, искала взаимосвязи, проверяла предположения, собирала новые объяснения.
Иногда называла это «изобретением велосипеда». И в этой фразе было некоторое пренебрежение к себе: зачем самой открывать то, что кто-то давно уже открыл?
Но сегодня я увидела другую сторону. Все эти годы я развивала навык самостоятельного исследования внутренних механизмов. Да, такой путь может занимать больше времени — ведь я одновременно участвовала в процессе и наблюдала за ним. Но вместе с личным опытом изменений я приобретала ещё и опыт понимания того, как эти изменения устроены.
И теперь могу увидеть ценность того, что прежде считала своей медлительностью.
Пожалуй, самое интересное произошло во время записи моего утреннего аудиовыпуска.
Я начала говорить, находясь в том самом испорченном настроении. Рассказывала, как обнаружила его причину, размышляла об удовольствии, внутреннем напряжении, потребностях и привычных механизмах.
Постепенно одна мысль приводила к другой. Я вновь оказалась в любимом процессе исследования.
И вдруг заметила, что настроение изменилось. Причём существенно.
За время разговора я прошла путь от раздражения к радости. От недовольства собой — к признанию ценности собственного опыта. Получилось, что я не только рассказала о том, как работает осознание, но и прожила этот процесс изнутри.
Именно это наблюдение для меня особенно ценно.
Мы часто хотим изменить собственные реакции, избавиться от неприятных переживаний, стать другими. Но иногда начало изменений — в совершенно ином действии.
Не торопиться исправлять себя, а заинтересоваться собой.
Увидеть, что именно происходит. Как возникает привычная реакция. Какая потребность за ней стоит. Что мы пытаемся получить — и что одновременно запрещаем себе испытывать. И, возможно, обнаружить ценность там, где прежде замечали только недостаток.
Это утро я начинала с вопроса, почему у меня портится настроение, когда приходится отвлекаться от размышлений. А закончила совсем другим пониманием.
Оказывается, я умею не только исследовать себя. Я умею получать от этого удовольствие. И постепенно учусь признавать ценность самого процесса — даже когда он не приводит к немедленному практическому результату.
Заметить, что уже делаю.Иногда изменение начинается не с того, что мы делаем с собой что-то новое, а с того, что впервые замечаем, что уже делаем.